Главная Текущие выставки Художники ENGLISH LANGUAGE
Прошедшие выставки Новости
Специальный проект Галерея
Международные ярмарки

2017
2016
2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2007
2006
2005
2004
2003
К проекту TELEFIX (живопись)
22 Февраль 2008



Будет ли большим преувеличением заявление о том, что мировая культура, как, впрочем, и локальные ее представительства (взять к примеру русскую составляющую), - были в состоянии влиять, а в отдельных случаях - определять процессы формирования идеологии культурного потребления.

Языковые формы, в которых осуществляется это взаимодействие, ставшее для участников постполитического диалога незаметной каждодневной рутиной, оперирует рекламными слоганами-мантрами, распыляемыми средствами массмедиа в общественном пространстве. Генерируемый таким образом туманный посткультурный продукт (сокр.Т) фунционирует как эрзац конкретной идеологии в эпоху глобальных климатических перемен, иммитацией и рефлексией которого занимаются в том числе архаические и актуальные художественные практики.



Как известно, отношения с предметом влияют на психологию поведения, самооценку их обладателя, выстраивая новые иерархические структуры. Не только предметы, но и их образы (например, через известную марку) обладают сертифицированной, абсолютной реальностью.

Вихри переливающихся объектов желаний, окружающие потенциального потребителя своей аурой, как бы символически передают потенциальному обладателю собственный вес и значимость. Предметы, уже включенные в круг домашнего обихода, живут своей тихой параллельной жизнью и меняются в поле нашего с ними взаимодействия.

В качестве эталона может быть взят обыденный и абсолютно нейтральный в нашем восприятии прибор в форме телевизора, функция которого есть питание нас информацией. Явление или субстанция, обозначенная мной понятием Телефикс, обладает коннотациями постоянного присутствия, навязчивого состояния, фона. Тривиальные формы диктуют минималистический подход, это своего рода ностальгия по простоте и определенности. У современного человека почти полностью атрофирована способность непосредственной реакции на внешний мир, в качестве посредника-медиатора между ними выступает телевизор.

Ожидание откровения, пророчества домашнего оракула, втянутого в определенные личные отношения, в коммуникацию с персоной, и наконец, в психоэмоциональную зависимость от него, превращает телевизор по сути дела в домашний алтарь.





Наряду с тем, что личный тактильный опыт окрашивает все окружающие нас предметы, они обладают еще анонимностью и в силу этого - абсолютным суверенитетом. Объективность декларируется, а практически гарантируется простым нажатием кнопки.

Типологическое сходство некоторых предметов, например таких, как картины, в качестве окна или зеркала, отсылает к классическим интерпретациям, укоренившимся в истории искусства. Логичным продолжением цепочки аналогий будет - телевизор.

Возвращаясь коротко к Фаусту, его магической компоненте остановленного мгновения, превращенного по известной иронии судьбы в минуту молчания черного квадрата Малевича, как гирлянды из черепов в качестве барочного декора, точечно зафиксированные в каждой картине выставки, демонстрируют трофеи своеобразной охоты за головами. Говорящие головы, буквально воплощающие акт коммуникации, пожалуй, самый распространенный тип кадрировки. Они незримо присутствуют в нашем подсознании даже при отключенном электропитании, тем более, что там, как в зеркале себя мы видим, которое, впрочем, и не собирается нам льстить.

Наивная магия волшебного зеркала воплощается в портретную галерею, которая превращается в комнату кривых зеркал, где картины приобретают почти карикатурные черты. В то же время ясно ощущается как бы потенциальная готовность к сопереживанию, присутствие мотива детско-родительской исповедальности. Черные, немые экраны - есть одно из условий дистанцирования от предметной функции изображенного и создания ностальгического пространства, небходимого для вступления в контакт с произведением искусства, в определенные метафизические отношения.





Примеры подобного рода зашифрованных посланий (своего рода "черные ящики"и ящички 18 века), где также можно наблюдать прием интимизации, связанный с жанром натюрморта (Григорий Теплов). Картинам этого типа изначально присуще ощущение вопиющего неправдоподобия предъявленного изображения, своего рода оптического фокуса (обманки), проступающего сквозь тщательно исполненную маску иллюзии.

Розыгрыш зрителя, игра, пародирование техники средствами искусства имеют семейную, братско-сестренскую природу (во времена высокой античности для обозначения техники и искусства использовалось одно и то же слово Тэхне). Почти гиперреалистическая иллюзорность, как правило, использовалась не для того, чтобы проявить сущность предмета, а для того, чтобы ее скрыть от взгляда непосвященного.

Развивая далее сравнение с портретной галереей, необходимо уточнить принципиально важный момент, а именно Непарадный ее характер. Заведомая нефункциональность, как художественная стратегия утопического сознания конструктивизма, довольно вспомнить о проектах Татлина (Летатлин, Башня) и очевидное отсутствие репрезентативности изображенного технического объекта с точки зрения здравого прагматизма, открывает другие, более глубокие интимные и эстетические каналы восприятия.

Возвращаясь к формальному аспекту, сложно пройти мимо лежащей на поверхности аналогии телевизора с домом, а в контексте русской авангардной традиции - с покинутым домом, где хозяин не забыл выключить за собой свет, 'разбив цветной абажур старой живописи и покинув землю, изъеденную шашлями' отбыл в супрематическое Ничто русского космоса, оставив нас созерцать черный экран (новую икону нашего времени), через который спустя 70 лет катапультировался наш первый космонавт - Илья Кабаков.

Владимир Ситников




Фото экспозиции:










homecontacts Krokin gallery at Facebook Krokin gallery at Vkontakte Krokin gallery at twitter Krokin gallery at Instagram Krokin gallery blog
Follow Krokin Gallery on Artsy
© 2002-2017 Krokin Gallery, All Rights Reserved.