Главная Текущие выставки Художники ENGLISH LANGUAGE
Прошедшие выставки Новости
Специальный проект Галерея
Международные ярмарки

2018
2016
2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008
2007
2006
2005
2004
2003
Джон Э. Боулт о проекте Франциско Инфанте-Арана и Нонны Горюновой ЛЕГКИЕ ПРОСТРАНСТВА
20 Декабрь 2017


Джон Э. Боулт и Николетта Мислер

ЗАКОВАННЫЙ СТРАННОЙ БЛИЗОСТЬЮ

к проекту Франциско Арана-Инфанте
и Нонны Горюновой "Лёгкие пространства"

21.12.17 – 21.01.18



И странной близостью закованный,
Смотрю за темную вуаль,
И вижу берег очарованный
И очарованную даль.

А. Блок. «Незнакомка». 1906



Одним из самых странных и загадочных качеств нашей силы восприятия является её стремление уменьшить материальную реальность до геометрических единиц и их конфигураций, стремление поместить закономерность над беспорядочностью, рациональный порядок — над тем, что можно назвать неустойчивым беспорядком. Отсюда, например, появляются наши кодексы законов, правила навигации, прямоугольные двери и окна, канонические перспектива и пропорция, симметрия во внешности и арифметика, основанная на 2 + 2 = 4. Некоторые индивидуальности, особенно талантливые писатели и артисты, от Федора Достоевского до Джексона Поллока, могут бороться с этими навязанными предписаниями. Однако зачастую мы принимаем эту геометрию, приравнивая ее к реальности, забывая о первоначальном хаосе и радуясь, что ухаживаем за садово-парковой зоной, а не за джунглями c непокорной растительностью.




Возможно, именно это имел в виду поэт и философ-символист Андрей Белый, когда сказал: «Ритм — сила жизни, метр — его отрицание», указывая, что метр – это сад с заданными традициями, тогда как ритм – Мату-Гросу (Mato Grosso), высшая движущая сила вселенной.

Франциско Инфанте и Нонна Горюнова напоминают нам, что геометрические наложения могут быть обманчивыми, как в случае несоответствия времени календарного космическому. Такое наложение может радовать чувства, поддерживать самоуверенность и давать иллюзию контроля, но, по существу, упорядочивание беспорядка является всего лишь вуалью или волшебным заклинанием, отвлекающим внимание от некомфортных мыслей, таких, как мысли о бесконечности, бесформенности и безграничности. Это становится особенно очевидно в новом цикле Артефактов под названием Лёгкие пространства, с их взаимодействием зрительного зала и авансцены, разделённых занавесом – или сетью – из воздушных нитей и переплетённых экранов.




Именно соприкосновение фасада и глубины, формирующее эстетический и философский знаменатель, близкий Лёгким пространствам, является формулой, высказанной Наумом Габо и Антоном Певзнером в Реалистическом манифесте 1920-го года: «Мы отвергаем объём как изобразительную форму пространства. Нельзя мерить пространство объёмами, как нельзя мерить жидкость аршинами. Посмотрите на наше реальное пространство — что оно, если не одна сплошная глубина? Мы утверждаем ГЛУБИНУ как единственную изобразительную форму пространства».




Если все предыдущие Артефакты являются мгновенными инсталляциями на земле, в воде и в воздухе (фольга, обёрнутая вокруг дерева; структуры, расположенные на снегу; искусственная радуга, установленная на фоне неба), то новая серия поднимает вопрос амбивалентности, или даже постоянного взаимодействия между идеальными искусственными и идеальными натуральными формами. С этой целью Инфанте обращается к концепции решётки и сети, клетчатой последовательности, выявляющей образ входа и выхода, транспорта из точки «здесь» в точку «там», подчёркивая, что более высокое, светлое и природное пространство – где гуляют ангелы – находится вне решётки, а наш ежедневный режим – жалкая пародия на безмерный и загадочный небесный свод.

Однако так же, как и в других Артефактах, Инфанте не вкладывает никакого раскаяния в свое визуальное решение: в них нет идеологической составляющей, нет выраженной прелести, нет явной команды поднять занавес и отправиться к неизведанным берегам. Кажется, что главным чувственным посланием цветных конфигураций является мысль «Хотите берите, хотите — нет», а также удовольствие разглядывать сверкающие блики света, не заходя при этом в само «лёгкое пространство». Артефакты защищают сформировавшегося зрителя от бесформенности так же, как элитный лайнер хранит своих пассажиров, бросая якорь в дикой Амазонке и не спуская путешественников на берег.




Чтобы усилить напряжение между тёмной вуалью и пленительным берегом, Инфанте создаёт гиперболу, или даже гиперболы: динамические формы из эластичных веревок, которые одновременно оставляют Артефакт нетронутым и открывают его податливость и вибрацию – качества, которые заставляют зрителя сомневаться и оставаться завороженным на пороге между «здесь» и «там».

Гипербола, особенно спиральная симметричная и открытая загнутая форма в пересечении конуса с плоскостью меньшего угла, также является метафорой бесконечности и, как следствие, вечности — лёгкого пространства, которое находится по другую сторону Артефакта. Гипербола является важнейшей единицей в художественном словаре Инфанте, даже в ранних структурах, таких, как ожерелье из огоньков вокруг Земли (1960), где уже зарождалась гипербола. Очарованный зритель видит хаос и проживает ощущение беспорядочности, но, полный страха, продолжает оглядываться на причинный и спокойный мир.

Более того, новые Артефакты настолько элегантны и грациозны в своей вязаной лёгкости цветов, форм и текстур, что провоцируют нас скорее идти назад, нежели стремиться вперёд, даже если зов дикого становится практически невыносимым.




Сетчатая структура новых Артефактов играет двойную роль, так как одновременно открывает запредельное (если считать запредельными облака, голубое небо, воду или растительность), но также и скрывает от нас все эти вещи. Результатом этого становится полуправда, иллюзия и недомолвка, ведь пока мы не двинемся в сторону дикой природы, мы не узнаем её силу, энергию и её лёгкое пространство. И всё же для кого-то Лёгкие пространства являются просто красивой интерлюдией, находящейся в противопоставлении с элементами. Для кого-то они могут быть сиренами, манящими подняться в небеса. Но ещё они трагически остаются частями заточения: «Всё будет так. Исхода нет». — написал Блок в 1912-м году.

Тем не менее, Лёгкие Пространства по-прежнему сохраняют грацию, выходящую за пределы территориальных направлений, — это их техническое совершенство и эстетический вид, их гармоничное сочетание формы, цвета, ритма, веса и плотности. Инфанте и Горюнова как будто предполагают, что Артефакт может рассматриваться и как подтверждение разделения между «здесь» и «там», и как мост к небесным сферам, и как независимое произведение искусства, свободное от всех этих привилегий. Именно в этом и проявляется деликатное постоянство и тайное величие Лёгких Пространств.

Перевод Ксении Крокиной

homecontacts Krokin gallery at Facebook Krokin gallery at Vkontakte Krokin gallery at twitter Krokin gallery at Instagram Krokin gallery blog
Follow Krokin Gallery on Artsy
© 2002-2018 Krokin Gallery, All Rights Reserved.